Мозг выбирает, какие воспоминания забыть

20 ноября 2026

Забывание часто воспринимают как пассивную потерю информации. Воспоминание постепенно ослабевает, потому что мозг перестает его поддерживать. Однако исследования последних лет показывают, что нервная система может активно участвовать в удалении ненужной информации. Теперь ученые описали нейронную цепь, которая позволяет нематоде Caenorhabditis elegans избирательно стирать одно воспоминание, сохраняя другое, сформированное одновременно. Исследование опубликовано в журнале Current Biology.

Схема эксперимента. Credit: Onishi Y., et al. / Current Biology 2026


Для изучения этого механизма исследователи использовали простую модель обонятельного обучения. В норме C. elegans привлекает диацетил (летучее вещество с характерным запахом), поскольку он служит побочным продуктом метаболизма бактерий и работает для нематоды главным химическим сигналом наличия пищи. Однако если животные некоторое время находятся в присутствии диацетила без пищи, их привлекательность к этому запаху снижается. Такое изменение поведения называют обонятельной адаптацией.

Через несколько часов после возвращения пищи нематоды вновь начинают двигаться к диацетилу. Этот период восстановления позволяет исследовать не только формирование, но и исчезновение кратковременной памяти. Предыдущие работы показали, что этот процесс связан с активным изменением нейронного ответа на запах, а не только с постепенным угасанием поведения.

Авторы новой работы решили выяснить, какие именно сигналы запускают этот процесс и как информация проходит через нейронную сеть. Сначала ученые обратили внимание на нейропептидную сигнализацию. Мутации, нарушающие работу фермента EGL-21, необходимого для созревания многих нейропептидов, приводили к более длительному сохранению обонятельной памяти. Это указывало на то, что один или несколько нейропептидов могут участвовать в активном забывании.

Исследователи проанализировали гены нейропептидов, экспрессирующиеся в обонятельных нейронах AWC (эти нейроны активируются в ответ на исчезновение привлекательных запахов и запускают поисковое поведение червя), и с помощью CRISPR создали мутантные линии. Среди нескольких кандидатов ключевым оказался ген nlp-47. У животных с нарушенной функцией этого гена память о диацетиле сохранялась даже после нескольких часов восстановления, хотя их исходная реакция на запах и способность формировать адаптацию существенно не изменялись. Возвращение нормальной копии nlp-47 восстанавливало способность к забыванию.

Нейропептид NLP-47 выделяется нейронами AWC и действует на рецептор GNRR-1 в интернейронах AIZ (интегрируют сенсорную информацию и регулируют направление движения червя). Мутации gnrr-1 вызывали сходное нарушение забывания, а двойная мутация nlp-47 и gnrr-1 не усиливала эффект. Это согласуется с тем, что оба компонента работают в одном сигнальном пути. Однако нейропептидный сигнал оказался только первым звеном цепи.

После активации AIZ в процесс включается классическая глутаматергическая передача. Интернейроны AIZ выделяют глутамат, который действует на сенсорные нейроны AWA (активируются в ответ на диацетил и направляют движение червя к их источнику) через AMPA-подобный рецептор GLR-4.

У мутантов с нарушением glr-4 способность к забыванию снижалась. При этом восстановление работы рецептора именно в нейронах AWA возвращало нормальный фенотип.

Схематическая модель нейропептид-глутаматергической цепи, обеспечивающей избирательное забывание результатов обонятельного обучения у C. elegans. Credit: Onishi Y., et al. / Current Biology 2026


Этот путь влияет не только на поведение. Ранее исследователи показали, что обучение изменяет кальциевый ответ сенсорных нейронов AWA на диацетил – своеобразный нейронный след памяти. В новой работе нарушения генов nlp-47 и gnrr-1 мешали этому следу вернуться к исходному состоянию после периода восстановления. Иными словами, нейронная цепь участвует не просто в изменении поведения, а в перестройке сенсорного представления запаха.

Наиболее интересный результат работы связан с избирательностью этого процесса. Ученые одновременно обучали нематод реагировать на два разных запаха – диацетил и изоамиловый спирт. После периода восстановления нейронная цепь NLP-47/GNRR-1 и глутаматергический путь способствовали забыванию памяти о диацетиле, но не о втором запахе.

Таким образом, нервная система не просто запускает общий процесс удаления недавно полученной информации. Она способна воздействовать на отдельный след памяти, сохраняя другие воспоминания, сформированные в тот же период.

Работа описывает один из наиболее подробных на сегодняшний день примеров того, как активное забывание реализуется на уровне конкретной нейронной цепи. У C. elegans всего 302 нейрона, что позволяет проследить путь от молекулярного сигнала до изменения поведения значительно точнее, чем в более сложных нервных системах. Забывание может быть самостоятельным процессом, управляемым определенными молекулярными и нейронными механизмами. Более того, этот процесс может быть избирательным, то есть нервная система способна не просто терять информацию, а активно определять, какой след памяти следует изменить.

Возможно, именно такая способность помогает мозгу адаптироваться к постоянно меняющейся среде, например, сохранять значимую информацию, одновременно освобождая ресурсы от того, что перестало быть актуальным.


Текст: Олег Юркин

Neuropeptidergic-glutamatergic circuit regulates selective forgetting of olfactory learning by Onishi Y., et al. in Current Biology (2026).

https://doi.org/10.1016/j.cub.2026.10.015.

Читайте материалы нашего сайта во ВКонтакте, Одноклассниках, Яндекс-Дзен и каналах в Telegram и MAX