Исследователи из Университетского колледжа Лондона показали, что психологический стресс у обоих родителей в первые годы жизни ребенка независимо предсказывает развитие депрессивных симптомов в 14 лет, причем траектории стресса у матерей и отцов развиваются параллельно. Работа опубликована в журнале JAACAP Open.
Credit: Magnific
До сих пор основное внимание уделялось материнской и послеродовой депрессии – ее влияние на психику ребенка изучено достаточно подробно. Роль отца оставалась в тени, хотя отцы все активнее участвуют в воспитании. Кроме того, почти никто не смотрел, как симптомы стресса у обоих родителей меняются синхронно с течением времени и что это значит для ребенка.
Исследователи использовали данные 8 888 семей из Британского когортного исследования Millennium Cohort Study. Психологический стресс родителей измеряли с помощью опросника K6, когда детям было 3, 5, 7 и 11 лет. В 14 лет подростки сами сообщали о своих депрессивных симптомах по шкале SMFQ (Short Mood and Feelings Questionnaire, Короткий опросник чувств и настроения).
Результаты показали, что траектории стресса у матерей и отцов развиваются параллельно. Если у одного родителя проявленность стресса в раннем детстве ребенка была высокой, скорее всего, у второго симптомы стресса также выражались ярче. Более того, изменения уровня стресса с годами у обоих родителей были взаимосвязаны, почти синхронны. Авторы объясняют это несколькими причинами: люди склонны выбирать партнеров с похожим эмоциональным профилем, супруги делят общие стрессовые события, а симптомы одного могут усиливать симптомы другого.
Самое важное кроется в том, что уровень стресса у обоих родителей в возрасте ребенка 3 лет независимо предсказывал выраженность депрессивных симптомов в 14 лет. Если и мама, и папа испытывали дистресс в раннем детстве ребенка, риск подростковой депрессии повышался. При этом нарастание материнского стресса с течением времени тоже оказалось значимым предиктором, а вот динамика отцовского стресса – нет. Это не значит, что отцы не важны – их исходный уровень стресса влиял наравне с материнским, но именно хроническое усиление симптомов у матерей играло особую роль.
Авторы подчеркивают, что это не про «плохих родителей», а про то, что психическое здоровье обоих партнеров в период, когда ребенок маленький – критическая точка для профилактики. Если один родитель в депрессии, второй часто тоже страдает, и компенсаторной роли одного из них может не хватить. Раннее вмешательство, направленное на поддержку обоих родителей, может снизить риск депрессии у их детей в подростковом возрасте.
Конечно, выборка преимущественно на светлокожих родителях из Великобритании, данные о стрессе – самоотчеты, а дизайн корреляционный. Но масштаб и лонгитюдный характер исследования делают полученные закономерности убедительными. Вопрос о механизмах – генетика, среда, стиль воспитания – остается открытым, но направление для профилактики уже намечено.
Текст: Дарья Тюльганова
The Course of Parental Psychological Distress in Childhood and Adolescent Depression by Mace K, et al in JAACAP Open. 2025;3(3):634-644.
doi: 10.1016/j.jaacop.2024.05.003
Читайте материалы нашего сайта во ВКонтакте, Одноклассниках, Яндекс-Дзен и каналах в Telegram и MAX
